(Часть 1)

Память ее 14 января (*19)

Святая Нина, просветительница всей Грузии, по собственным ее словам, происходила из Каппадокийской страны, из города Коластры.
После того, как принял мученический венец св. великомученик Георгий (*20), в г. Коластры жил человек, происходивший из знатного рода и от благочестивых родителей, истинный раб Божий, по имени Завулон. Он, оставив родной город, отправился в Рим, чтобы службой у императора Максимиана поддержать честь своего рода. Одновременно с Завулоном в том же городе Коластры жила одна благочестивая чета, имевшая двух детей - сына и дочь. Имя сыну было Ювеналий, а дочери - Сосанна. По смерти обоих супругов брат с сестрой остались сиротами, не имевшими крова и приюта.
Они решили пойти в св. град Иерусалим. Не думая долго об опасностях, они возложили упование на Бога и отправились в путь. Достигнув святого града, они нашли себе приют у храма Воскресения Христова. Ювеналий в скором времени был поставлен экономом при Гробе Господнем. Сестра же его Сосанна поступила в услужение к одной благочестивой старице по имени Ниофора-Сарра, вифлеемлянке, состоявшей диакониссой при Святом Гробе.
Упомянутый выше вельможа Завулон по прибытии своем в Рим скоро приобрел благоволение императора и был назначен им начальником войска. В то время галлы, враги Рима, восстали против империи. Перейдя Альпийские горы, они спустились в долину реки По и расположились лагерем. Завулон, по приказанию императора, выступил против галлов с огромным войском. С Божией помощью он скоро победил врага и, разбив его наголову, взял множество пленных и военные доспехи. Захвачен был и сам царь галлов со многими вельможами.
Когда Завулон связанными представил их пред лицо императора, то тут же получил от него приказание предать всех смерти. Военнопленные, узнав приговор, начали горько плакать и просить Завулона: "Научи нас прежде вере твоей, - говорили они, - введи нас в храм Бога твоего, и после этого предай нас заслуженной смерти. Мы тобою пленены, - продолжали они, - ты же и исполни над нами повеление царское, и неповинен будешь в крови нашей". Услышав это, Завулон смутился. Не желая открыто объявить себя христианином, он тайно отправился к патриарху, сообщил ему обо всем случившемся и передал ему просьбу военнопленных. Патриарх немедленно крестил их. Восприемником их от святой купели был сам Завулон. После Крещения их ввели в храм, приобщили Святых Таин Тела и Крови Христовых и показали при этом все благолепие церковное.
На другой день все военнопленные поспешно встали, оделись в приготовленные для них одежды и с радостью отправились на место казни. Воссылая сердечные молитвы и благодарения Богу, сподобившему их принять святое Крещение, они восклицали: "Хотя нам предстоит теперь смерть, но не страшна она для нас, бессмертных, потому что чрез принятие Тела и Крови Христа вселился в нас Бессмертный Сын Господа, благословенный во веки веков. Но, - продолжали они, - горе родителям нашим, блуждавшим во тьме языческой мерзости и лишенным такого великого дара небесного". Затем они стали громко призывать палачей к совершению над ними казни.
Завулон, видевший все происходившее на месте казни и слышавший все, скорбел духом и не мог удержать обильного потока слез. Глубокое сострадание к несчастным вызвало в нем решимость немедленно отправиться к императору и ходатайствовать пред ним о помиловании осужденных. "Отдаю их тебе,—сказал ему Максимиан,—и предаю их в твою власть: делай с ними, что хочешь". Обрадованный этим, Завулон поспешил на место казни и со счастливыми слезами объявил осужденным о помиловании. От радости они долго не могли придти в себя. Успокоившись, пленный царь и все бывшие с ним стали умолять своего благодетеля и отца отправиться вместе с ними в их страну для просвещения народа верой Христовой. Благочестивый Завулон не мог отказать им в такой просьбе. Испросив у императора позволение отлучиться на некоторое время из столицы по своим делам и взяв по указанию патриарха священников, он отправился вместе с ними в путь.
Приблизившись к столице на расстояние одного дня пути, они отправили вперед посла с известием о благополучном возвращении царя и вельмож. Радость горожан, получивших это известие, была неописуема. Находившиеся в городе правители подвластных царю областей (Хозасмо, Хозай, Гахладжай, Хонебагай, Хини-джрагай, Заджай, Зардай, Замраида и Тмони), а также царедворцы и весь народ вышли к нему навстречу и дожидались его на берегу большой реки Гадамар. После взаимного приветствия царь повелел всему народу стать по обоим берегам реки, обратившись лицом к востоку. По освящении воды все были крещены, а затем иереи на каждого из крещаемых возложили руки. Новообращенные, пробыв на этом месте в молитве и посте десять дней, приобщились Св. Таин Тела и Крови Христовых. Учредив у них порядок, оставив им священников и простившись с ними, Завулон отправился обратно в Рим, напутствуемый выражениями сердечной благодарности всего народа и наделенный богатыми подарками.
Впоследствии Завулон возымел намерение отправиться в Иерусалим, чтобы послужить от богатого имения своего святым местам и нуждающимся. Прибыв в Иерусалим, он раздал множество сокровищ убогим, нищей братии. В то время прежний эконом Ювеналий, о котором было сказано выше, был уже патриархом Иерусалимским. Завулон вскоре познакомился и подружился с ним.
Однажды диаконисса Сарра-Ниофора сказала патриарху, что Завулон, столь ревностно содействовавший крещению франков, - человек, исполненный страха Божия и премудрости, и что хорошо было бы выдать за него Сосанну. Эта мысль диакониссы-старицы понравилась святейшему патриарху и через некоторое время он действительно выдал сестру замуж за Завулона.
По совершении брака супруги отправились из святого града в свой родной город Коластры.

От этих-то супругов и родилась просветительница Иверии святая Нина. Она была их единственным ребенком. Благочестивая мать воспитывала дочь свою Нину в страхе Божием, стараясь развить в юном сердце ее сострадание к нищим. Когда ей было двенадцать лет, родители распродали все имение и отправились в Иерусалим.
По прибытии в святой град Завулон возжелал посвятить себя пустынной жизни. Он взял у патриарха благословение, простился со своей женой, обнял Нину и, орошая лицо ее своими слезами, сказал ей: "Ты - единородная моя дочь. Вот я оставляю тебя сиротою и предаю Отцу Небесному - всех Кормителю Богу. Он - Отец сирых и Заступник вдов. Не бойся, чадо мое, ничего, с ревностью подражай в любви ко Христу Марии Магдалине и сестрам Лазаря. Если ты также полюбишь Христа, как они, то Он не оставит тебя милостью Своей". Облобызав еще раз дочь свою, Завулон отправился за реку Иордан, где в пустынных местах укрылся от взоров человеческих: никто из людей не знал, где поселился подвижник Христов.
После его ухода патриарх Иерусалимский Ювеналий, брат Сосанны, поставил ее на служение нищим сестрам, находящимся при храме Гроба Господня. А Нина, юная дочь ее, отдана была в услужение и обучение благочестивой старице Ниофоре, армянке из города Двини. Святая Нина провела у нее два года. Она часто спрашивала у своей наставницы о страданиях Христовых, о распятии, погребении и славномвоскресении Его, а также о Его полотняном хитоне и о Его погребальной плащанице, и обо всем, что занимало юное ее сердце. Ниофора, основательно изучившая весь Ветхий и Новый Завет и, кроме того, долго служившая при храме Гроба Господня, многое знала и во многом могла удовлетворить благочестивому желанию познаний своей воспитанницы.
Однажды во время обычной беседы старица сказала святой Нине: "Вижу, дитя мое, силу твою, равную силе львицы, которая страшнее всех четвероногих животных. Или же можно уподобить тебя орлице, парящей в воздухе. Для нее земля кажется маленькой жемчужиной, но лишь только заметит она с высоты свою добычу, как мгновенно, подобно молнии, устремляется на нее и нападает. Такова же точно будет и твоя жизнь".
"Слушай же теперь со вниманием, - продолжала благочестивая старица, - и, что я скажу тебе, запомни твердо. Когда Господь воплотился и жил на земле, чтобы призвать язычников в Свое благодатное царство и спасти грешный род человеческий, Он много благодетельствовал иудеям: воскрешал мертвых, давал зрение слепым и исцелял больных. Старейшины иудейские, которых Он обличал в их беззакониях, сильно возненавидели Его и, посоветовавшись между собой, разослали вестников во все страны, где жили иудеи, с приказанием поспешить в Иерусалим, так как ему, говорили они, угрожает погибель. Получив такое известие, иудеи, живущие за пределами Палестины и Сирии, отправились во святый град, где они также должны были провести свой великий праздник - пасху.
Иерусалим переполнен был иудеями, тут были все их ученые мужи. Они научили народ восстать против Иисуса, их благодетеля, и оклеветать Его перед правительством, добились для Него самой позорной казни—распятия на кресте. Распинавшие бросили жребий, кому из них достанется Его нешвенный хитон (*21), и он достался жителю Северной страны, города Мцхета.
Хотя по смерти Иисуса предали погребению и запечатали Гроб Его, но Он в третий день воскрес, как и говорилоб этом прежде своим ученикам. По воскресении Его погребальная плащаница найдена была во Гробе. Со временем она попала к евангелисту Луке, который и спрятал ее в одном тайном месте, не известном никому и до сего времени. Сударь же, которым была повязана голова Господа, по словам некоторых, находился у св. апостола Петра, но ничего определенного об этом не известно. Крест же Господа, а с ним кресты двух разбойников, распятых с Ним, зарыты в этом городе в неизвестном месте. Когда угодно будет Богу, кто-нибудь найдет их".
Выслушав все сказанное Ниофорой, святая Нина славословила и благодарила Бога, и спросила старицу: "Где та Северная страна и город Мцхета, в котором находится хитон Господа нашего?" Старица отвечала ей, что город Мцхета находится в Карталинии, что как Карталиния, так и Армения с прилежащими к ним горными странами находятся во тьме язычества. В недавнее время ужики (*22) обратили город Мцхета в столицу основанного ими царства.
Слова наставницы глубоко запали в душу святой Нины. С этого времени она не переставала возносить пламенныемолитвы ко Пресвятой Деве Марии о том, чтобы Матерь Божия удостоила ее видеть Карталинскую страну и облобызать хитон, сотканный Ею для возлюбленного Сына Ее, Господа нашего Иисуса, Христа. Преблагословенная Богородица вняла мольбам рабы Своей. Она явилась блаженной Нине во сне и сказала: "Иди в Иверскую страну, в Мой жребий, благовествуй там Евангелие Господа Иисуса Христа и обрящешь у Него благодать, и Я буду тебе покровительницей". На это св. Нина отвечала: "Как могу я, слабая женщина, быть исполнительницей столь великого служения Христу, и как я могу увериться в истине сего видения?" Пресвятая Дева, составив из виноградных лоз, растущих близ кельи блаженной, крест (*23) и вручая его святой Нине, сказала: "Прими этот крест. Он будет тебе щитом и ограждением от всех видимых и невидимых врагов твоих. Силою его ты водрузишь там спасительное знамя веры в возлюбленного Сына Моего и Господа, Который хочет, чтобы все люди спаслись и достигли познания истины".
Святая Нина, пробудившись от сна, увидела в руках своих крест. От радости она облила его слезами и, отрезав свою косу, обвила его своими волосами, в знак глубокого благоговения. Потом в волнении она поспешила к дяде своему, патриарху Иерусалимскому, рассказала ему о чудесном явлении ей Божией Матери, показала ему самый крест и объявила о данном ей приказании идти в Иверию на богоугодный подвиг.

Скоро св. Нине представился удобный случай оставить Иерусалим. Одна придворная женщина, отправлявшаяся в Рим из Ефеса, заехала по пути в Иерусалим, чтобы помолиться Господу в храме Воскресения Христова и поклониться Его Божественному Гробу. Старица Ниофора, познакомившись с ней, спросила ее: "Все ли еще царица Елена пребывает во тьме языческого суеверия?" Та отвечала ей: "Я—раба царской семьи, и мне хорошо известны даже душевные тайны ее членов. Я могу наверное сказать тебе, что у царицы есть сильное желание принять христианскую веру и креститься". Услышав это, святая Нина, сказала своей воспитательнице: "Пошли меня к царице Елене. Явившись к ней, я открою ей истину Христову и благовествую ей Евангелие вечного спасения". Обрадовавшись намерению своей питомицы, Ниофора немедленно поспешила объявить о нем патриарху, ее дяде. Патриарх, со своей стороны, изъявил свое полное согласие на просьбу св. Нины.
Он позвал к себе племянницу, поставил ее лицом к святому алтарю, на восток, и, возложив свои руки на голову ее, произнес: "Господи Боже веков! В руки Твои предаю сию сироту, мою племянницу, посылаю ее на проповедь Божества Твоего, Христе Иисусе, и славного воскресения Твоего. Благоволи же всюду, где уста ее будут благовествовать о Тебе, быть ей Сопутником, дай словам ее мудрость и силу".
Потом патриарх обратился с молитвой к Божией Матери и сказал: "Пресвятая Богородице Дево, Упование всех христиан, к Тебе притекающих! Вот та, которую Ты избрала на служение Тебе. Будь ей всегда Покровом, Защитницей и Предстательницей пред Сыном Твоим. Благословляя ее на проповедь Евангелия, я возлагаю упование на милость Твою".
Затем патриарх сказал святой Нине: "Чадо мое возлюбленное! Как мужа, облеченного силою и крепостию, посылаю тебя на проповедь. Ты достигнешь дальней страны и чужого племени "даргваль зевели" и "баркадуль", что значит по-бранджски (галльски) — "людей богоборцев и богопротивников".
После сего святая простилась со своей матерью, поклонилась ей до земли. Мать, осенив блаженную Нину крестным знамением, помолившись Богу и благословив ее, отпустила на предлежащий подвиг.

Блаженная Нина вместе c приехавшей из Ефеса знатной женой, отправилась в Рим (*24). По прибытии в этот город, она остановилась в доме своей благодетельницы и встретила там одну знатную госпожу из царского рода по имени Рипсимия и наставницу ее Гайану. Обе эти девы жили в то время в женском монастыре, и их заветным желанием было принять святое Крещение в г. Иерусалиме. Хозяйка дома, с которой приехала святая Нина, представила се христолюбивой Рипсимии, которая так полюбила ее, что с радостью приняла и оставила жить у себя в монастырской келье.
Святая, живя у Рипсимии, в том же году убедила ее и Гайану, а также еще пятьдесят трех их домочадцев принять Крещение. После этого два года они наслаждались миром, безвыходно пребывая в своем монастыре.
Но вот наступило для них время тяжкого испытания. Диоклетиан (*25), кесарь Римский, задумал сыскать для себя девицу, которая бы своей красотой затмевала всех красавиц мира и могла бы быть для него достойной женой. Он приказал послам найти такую девицу.
Когда они после долгих поисков пришли в женский монастырь, где жила Рипсимия, то, увидев ее, были поражены ее необычайной красотой. Узнав же, что она происходит из царского рода, не могли более колебаться и тут же решили, что Рипсимия и есть та девица, которую они так долго искали, и что она более всех достойна быть женой кесаря. Написав ее портрет, они послали его к Диоклитиану.
Кесарь, получив портрет, пленился необыкновенной красотой Рипсимии. Чрезвычайно обрадованный, он отдал приказание готовить все нужное для предстоящей свадьбы, которую он задумал совершить с блеском и великолепием. Всем правителям областей империи и всем почетным лицам были посланы приглашения приехать в столицу на царскую свадьбу.
Весть о предстоящем бракосочетании услышали насельницы женского монастыря. Они ясно увидели в происходящем тайную хитрость невидимого врага, сделавшего кесаря своим орудием для достижения коварной сатанинской цели. Как некогда в раю змей стал орудием хитрого обмана диавола, коварно обольстившего праматерь Еву, так и теперь враг через беззаконного императора хотел погубить святых Христовых дев.
Блаженные девы, поняв всю глубину постигшего их несчастья, предались неутешной скорби. Им угрожала опасность не сохранить обет целомудрия и лишиться сладостного уединения, доставлявшего им такой душевный покой и столько неземной радости. Они укоряли себя за то,что позволили написать портрет святой Рипсимии и послать нечестивому императору.
Св. Рипсимия сказала наставнице своей, старице Гайане: "Не променяю я вечную славу на временную и скоропреходящую, и не изменю Жениху моему Небесному, и не оскверню принятого мною святого Крещения браком с беззаконным тираном, и не солгу Господу моему Иисусу Христу. Чтобы избежать ненавистного мне супружества я удалюсь отсюда и буду странствовать". На это Гайана отмечала: "Тогда мы также отправимся с тобой".
Затем, после усиленного поста, усердной молитвы к Господу и общего совета, они тайно оставили Рим. Девы бежали в Армению, в окрестности Ахалкалаки (что значит "Новый город"), к прекрасно выстроенному г. Двины - столице Армянского царя Тиридата. Прибыв туда, они поселились под навесом виноградного точила, находившегося в конце северо-восточной части города. Там они трудились для своего пропитания.
Диоклетиан узнал о побеге и, разжигаемый постыдной страстью, будучи не в силах снести своего позора, пришел в страшную ярость. Он повсюду разослал людей, приказав но что бы то ни стало отыскать св. Рипсимию со всеми ее домочадцами и привести к нему. Когда же было донесено, что они бежали во владения Армянского царя, кесарь немедленно отправил к нему послов с письмом.
Послы императора явились к Армянскому царю и вручили ему письмо следующего содержания.
"Самодержавный кесарь! Приветствую любезного брата и друга, как и я облеченного царской властью! Мне известно братское твое расположение и прежнее участие в борьбе с враждебными нам христианами, от которых наша власть всюду терпит унижение. Люди эти не одобряют нашего правления, служат Какому-то Распятому и умершему на Кресте. Поклоняясь Кресту Его, они называют Распятого на нем Богом, считая смерть за Него великим для себя благом. Люди для них не страшны, и в особенности христиане презирают иудеев, а боятся только иудеями Распятого и убиенного. Эти люди поносят царей, не почитают наших богов и отвергают силу солнца, свет луны и звезд, и воображают, что все сотворено Распятым. Какое страшное заблуждение! Но как бы то ни было, они ввели в него чуть не весь мир, поселив среди людей раздоры и несогласия: мужья стали оставлять своих жен, а жены своих мужей. Хотя мы истребляем христиан тысячами и предаем всем возможным мучениям, но это нисколько не уменьшает, а, напротив, еще более увеличивает число их.
Недавно меня известили о необыкновенной красоте одной христианской девицы, и я, взглянув на ее портрет, убедился, что известие справедливо. Поэтому я хотел сделать девицу своей женой. Но ее нисколько не привлекла таковая честь, сожитие со мной показалось ей ненавистным и отвратительным, и сам я оказался в ее глазах омерзительным и нечистым. Я мог бы силой принудить девицу исполнить мое желание, но она бежала, тайно, вместе со своими домочадцами, и, как мне сообщили, поселилась в пределах твоего царства.
Да будет тебе это известно, брат мой, прими все это во внимание и пошли искать беглецов. Когда же отыщешь их, предай смерти всех находящихся при этой девице: они ввели в заблуждение эту бесподобную красавицу, которая зовется Рипсимией. Ее же пришли ко мне. Впрочем, если она понравится тебе, то можешь оставить ее для себя, ибо, поверь мне, невозможно найти во всем мире подобной красавицы. Пребывай в добром здоровье и верном служении богам".
Тиридат(*26), прочитав письмо, немедленно приступил к делу. Он разослал людей повсюду, строго приказав тотчас отыскать святых дев и представить ему. Посланные скоро нашли их за городом возле виноградного точила и привели их к царю. При виде святой Рипсимии тиран воспылал к ней скотской страстью и, плененный ее красотой, решился взять ее себе в жены. Но он обманулся в своем расчете: св. Рипсимия с презрением отвергла его предложение, твердо и решительно сказав ему: "Я обручена Жениху Небесному, и как же ты смеешь прикасаться к невесте Христовой?.."
После долгих и напрасных попыток склонить святую к супружеству, Тиридат, прийдя в бешенство от своей неудачи, приказал мучить ее, и, под ударами бесчеловечных истязателей, она предала святую свою душу Богу. С ней замучили также и ее наставницу, св. Гайану, и некоторых других святых дев(*27).
Вот повествование об их страдании, найденное в замечательных рукописях Иоанна Григорьевича, князя Грузинского.

Получив письмо Диоклитиана, Тиридат послал разыскивать святых дев. Их нашли в г. Вагаршабате, или Двини. Они жили на краю города в доме, где было виноградное точило. Посланные царя, увидев святых дев Гайану, Нину, Маний, Мариамну, Марию и других, и среди них Рипсимию, удивились необыкновенной красоте последней и, немедленно явившись к царю, рассказали ему о красоте Рипсимии.
Тиридат, обрадованный таким известием, пожелал взять святую деву себе в супруги. Он приказал своим сановникам и правителям идти к святой, взяв с собой богатые одежды, и с большими почестями, в сопровождении славных жен и семейств, привести ее в царские палаты. Они думали, что это польстит св. Рипсимии, и она согласится стать женой Тиридата. Вельможи послали пред собой вестника объявить снятой, что они идут, чтобы взять ее с почетом в палаты царские и сделать правительницей их страны.
Прийдя, вестник стал убеждать деву вселиться в царские палаты: "Взойди на престол и возложи на главу корону царскую", - говорил он ей. Эти слова опечалили святую Рипсимию, и она начала горько плакать и молиться Богу, говоря: "Соделай меня Твоею, Боже мой, Господи, и не по пусти наругаться надо мной, Господи, да не пропадут тщетно мучения и страдания мои, которые я претерпела, чтобы сохранить мое девство". Во время этой ее молитвы явились и царские вельможи и поднесли ей множество золотых тканей, серебра, золота, разных драгоценных камней и жемчуга. При этом принесены были подарки и бывшим вместе со святой. Но Рипсимия стала еще сильнее рыдать и ударять себя в голову. Она с горячими слезами воззвала ко Господу и во время молитвы услышала с неба голос, говоривший ей следующее: "Не бойся, Я твой и ты Моя, мужайся!" Это слышали и все посланные царем.
После неудачных попыток склонить святую к супружеству, вельможи возвратились и возвестили Тиридату: "Рипсимия не взяла посланные тобой одежды и в палату твою не захотела идти, гнушаясь всем предложенным нами" Царь разгневался и приказал: "Привести их насильно ко мне, если она не хочет идти по доброй воле".
Посланные немедленно отправились туда, где жили святые девы, и силой увели Рипсимию. Бывшие же с ней горько плакали и ударяли себя в голову от печали. Павши ниц на землю, они со слезами просили у Господа помощи, говоря: "Господи Иисусе Христе! Избавь Рипсимию, рабу Твою, от ненавидящего имя Твое. Она, Господи, оставила страну свою и спаслась от рук сильнейшего врага - кесаря, поселилась в бесславной и бедной стране Избавь, Господи, рабу Твою".
Святую привели в палаты царские и ввели в одну из комнат, сюда же вошел царь и приказал, чтобы все вышли и чтобы играла музыка. Затрубили трубы (зурну), началось пение, веселие и разного рода игралища. Царь начал ласкать Рипсимию, обнял и хотел поцеловать св. деву. Но она не подчинилась царю, стала сопротивляться, девять часов боролась с ним блаженная, укрепляемая Богом. Тиридат наконец оставил ее, и так она победила столь сильного и крепкого противника в единоборстве.
Не достигнув успеха, он вышел во двор, потребовал к себе наставницу святой, Гайану, надеясь с помощью ее советов заставить Рипсимию покориться ему. Св. Гайана была представлена Тиридату, ее ввели в комнату, где находилась ее воспитанница. Св. Гайана села у дверей и начала говорить с ней по-римски. Тиридат думал, что наставница успокаивает Рипсимию, советует покориться царской воле. Но Гайана говорила святой: "Блаженна ты, питомица моя, что обручила себя Жениху Небесному и подражаешь целомудрию Пресвятой Богородицы. Блаженна ты, чадо мое, что отвергла временное царство, и столько страданий вынесла из-за того, что не захотела быть супругой царя беззаконного. Оставила страну свою и родственников и не пожелала вкушать приятностей скоропреходящего сего мира ради Иисуса Христа. Будь мужественна и теперь. В царствии же небесном будешь увенчана и благословлена Самим Господом Иисусом—Женихом твоим". Этими и многими другими словами наставница укрепила сердце св. Рипсимии.
Царь же имел одного человека по имени Агафангелос, который умел говорить по-римски. Он слышал все, что говорила св. Гайана своей воспитаннице и подробно пересказал это Тиридату, прибавив: "Вы привели эту жену, чтобы увешевать Рипсимию, между тем как она еще более укрепила ее своими советами. Узнав об этом, царь приказал выгнать св. Гайану из комнаты и выбить камнем ей зубы. Затем, по исполнении царского повеления, к ней приставили стражу.
Тиридат вошел опять к св. Рипсимии, обнял ее, желая совершить задуманное бесчеловечное варварское преступление, Но она сопротивлялась еще упорнее, оборвала на нем почти все платье, оставивши его полунагим. Эта борьба продолжалась с девяти часов дня до трех часов ночи. Св. Рипсимия, собравшись с силами, укрепляемая Святым Духом, вырвалась наконец из рук беззаконного царя. Она отворила дверь комнаты и пустилась бежать к саду, где оставались ее спутницы. Добежав до них, Рипсимия громким голосом воскликнула: "Радуйтесь, святые жены! Помощью Божией я поборола сильного и крепкого царя". Укрепив дух их своими речами, сама она удалилась на гору, где, преклонив колена, молилась Господу. Невозможно передать тех прошении, с которыми святая обращалась к Богу, изливая горькие слезы пред Ним и поручая себя Его Промыслу.
Когда она, молясь, стояла на коленях, пришли царские слуги и взяли ее с горы, много били и, связав шерстяными веревками ее нежные руки и ноги, привели к царю. Сначала вырезали у св. Рипсимии язык, разорвали на теле ее все платье, оставив нагой, потом повесили ее головой вниз, много бив. Затем воткнули в четырех местах колья и привязали к ним руки и ноги святой, она оставалась, таким образом, крестообразно простертой в горизонтальном положении в воздухе. Затем разложили вокруг нее костры, совершенно обожгли все тело ее, которое во всю ее жизнь не ударяли даже лепестки душистой розы. Во время сего мучения святая не произносила ничего, кроме слов: "Сыне Пресвятой Марии, будь мне, юной, Помощником в этих тяжких мучениях, предай душу мою Пресвятой Марии, Матери Твоей, вместо вечных страданий взыщи с меня теперь, Господи Боже мой!" Сказав это, св. Рипсимия отошла к Жениху Христу.
Незадолго до ее смерти ей порвали живот колом и выкололи глаза, которыми она теперь видит славного Царя Христа Бога, наслаждаясь лицезрением Его. По смерти блаженной девицы тело ее бросили, изрубив на куски.
После этого приступили тридцать две св. девы, среди которых не было святой Нины и еще некоторых, желая собрать части изрубленного тела мученицы и предать земле. Когда заметили это воины, то, напав, страшно избили их, затем полуживых изрубили на куски и бросили собакам. Но те начали визжать, не дотронулись до тел блаженных мучениц и со страшным воем пустились бежать из города.
На другой день вывели на мучения и св. Гайану с двумя другими девами. После долгих страданий они предали святые свои души в руки Господу. Позже их святые тела подняли и предали земле. На месте их погребения был построен Эчмиадзинский монастырь (*28).

(Продолжение -Часть 2)

 


Make your own free website on Tripod.com